softhelp.ru! | Кино

Малефисента


Если прекрасную и добрую волшебницу очень-очень разозлить еще в юношестве, очерствеет ли ее душа окончательно и бесповоротно? Станет ли эта могущественная юная леди черной и страшной колдуньей? На этот крайне сложный вопрос пытались ответить демиурги нового фильма «Малефисента». Любая хорошая сказка предназначена для всех без исключения. И «Малефисента» исключением не является. Дети увидят здесь свои любимые приключения и фантастических забавных героев, а взрослые – философский подтекст. Ради этого подводного слоя, предназначенного для взрослых романтиков, так много старались создатели ленты. Чтобы польза затронула всех: и взрослых, и карапузов.
По правде говоря, от старой, доброй сказки Шарля Перро останутся только «рожки да ножки» - веретено и принцесса. А все остальное в новой «Спящей красавице» - безудержная фантазия создателей фильма. Но режиссер и сценарист старались не зря, новые, современные смыслы обогатят старую сказку, лишь увеличивая этическую ценность картины.

Акцент этого фильма смещен со спасателей «спящей красавицы» на Малефисенту. Именно она главная героиня этого фильма. Детство юной волшебницы безоблачно. Малефисента – олицетворение всего светлого, что есть в природе. Могущественная юная чаровница – защитница и благодетель зеленого царства. Но случается непредвиденное, она влюбляется в обычного придворного юношу - Стефана. Возможно, со временем они стали бы супружеской парой, но судьба этому воспротивилась. Парень не выдерживает искушения: король предлагают Стефану срезать чудесные крылья юной волшебницы, чтобы беспрепятственно овладеть Топкими Болотами, красивым местом, которое охраняет от удушающей урбанизации Малефисента. И юноша соглашается, ибо ему обещан царский трон. Такова цена предательства.

Проснувшись, могучая фея впадает в отчаяние, ибо возлюбленный поступил с ней чрезвычайно жестоко, как сам дьявол. И жажда мести овладевает сердцем существа, которое еще вчера было олицетворение доброты. Она ждет лишь удобного случая для нанесения рокового удара. Малефисенте не нужна смерть предателя. Обиженная фея желает, чтобы Стефан страдал так же сильно, как и она. И такой момент настает, когда Стефан, став королем, приглашает на крестины дочки подданных своего государства. Малефисента появляется в замке как неожиданный ураган, напугав всех присутствующих, и накладывает проклятие на Аврору, королевскую дочку. Теперь очередь отчаиваться королю, ибо он понимает, что отменить заклятие невозможно. Его жизнь превращается в ад. Исполнилась мечта темной феи! У королевской четы есть лишь одно утешение: в конце волшебница смилостивилась, заявив, что от беспробудного сна Аврору пробудит поцелуй любви – подлинной, настоящей.

Но неисповедимы тропы любви. Наблюдая за подрастающей девочкой, Малефисента влюбляется в это ангельское существо. И когда любовь становится яркой, как само солнце, волшебница осознает, какое зло она совершила. Малефисента раскаивается, на себя негодует, но тщетны всяческие сожаления. Нет возможности отменить собственное проклятие! Она непорочна. Ее слово – Закон.

Поэтому приговор исполнятся. Аврора, уколов пальчик, засыпает. Теперь поиском влюбленного принца заняты все волшебные силы. Феи почти принуждают парня королевской крови, которого накануне Аврора встретила в дремучем лесу, поцеловать спящую принцессу. Но… чудо не происходит. Любовный поцелуй не срабатывает. Царство Морфея не выпускает из своих объятий Аврору. Все опечалены…

Для любящей Малефисенты – это хуже, чем сама смерть. Ибо в стране нет больше влюбленных принцев. Никого нет, кто может прервать этот сон, равносильный безжалостной смерти. С очами, полными слез, она склоняется, чтобы поцеловать на прощанье самое возлюбленное дитя на свете. Она еще не знает, что это и есть тот самый поцелуй любви – подлинной, настоящей, который подарит Авроре свободу.

Разве любовь – это лишь то прекрасное чувство, которое возникает между мужчиной и женщиной? Разве она не всеобъемлюща, не глобальна?

Любовь порой ослепляет и подталкивает сильно страдать, но она же и освобождает всех страдальцев и узников. Ведь нет никакого другого Освободителя – у слабых и очень могущественных.